Рамзаев Валерий Павлович – кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник лаборатории внешнего облучения
197101, Санкт-Петербург, ул. Мира, д. 8
Valery P. Ramzaev – Ph.D of Medical Sciences, Leading Researcher of the Laboratory of External Exposure
Mira Str., 8, Saint-Petersburg, 197101
Библин Артем Михайлович – руководитель Информационно-аналитического центра, старший научный сотрудник
Санкт-Петербург
Artem M. Biblin – Head, Information Analytical Center
Saint-Petersburg
Репин Виктор Степанович – доктор биологических наук, заведующий лабораторией экологии
Санкт-Петербург
Viktor S. Repin – Advanced Doctor in Biological Sciences, Head of the Laboratory of Ecology
Saint-Petersburg
Храмцов Евгений Витальевич – научный сотрудник лаборатории экологии
Санкт-Петербург
Evgeniy V. Khramtsov – Researcher, Laboratory of Ecology
Saint-Petersburg
Варфоломеева Ксения Владимировна – младший научный сотрудник лаборатории экологии
Санкт-Петербург
Kseniya V. Varfolomeeva – Junior Researcher of the Laboratory of Ecology
Saint-Petersburg
В статье приводятся результаты исследования содержания трития в поверхностных и подземных водах в месте проведения мирных подземных ядерных взрывов серии «Днепр». Термоядерные заряды малой мощности (1,8–2,1 килотонны в тротиловом эквиваленте) были взорваны внутри горы Куэльпор (горный массив Хибины, Кольский полуостров, Мурманская область) в 1972 и 1984 гг. Целью взрывного воздействия было дробление рудного тела (апатитовые минералы) с последующим извлечением раздробленной породы на поверхность. Основной долговременной радиологической проблемой, порожденной этими взрывами, являлось поступление на земную поверхность подземных вод, загрязненных тритием. Территория в месте проведения взрывов активно посещается туристами, и вода из местных водоемов, в частности, из реки Кунийок, используется людьми для питья. Целью настоящего исследования являлась оценка пригодности для питья воды из источников долины реки Кунийок по показателю удельной активности трития. Для достижения этой цели в 2019 г. было отобрано 35 проб воды из колодцев, скважин, рек, ручьев, озер и других доступных водных объектов окружающей среды. С помощью низкофонового спектрометрического радиометра альфа- и бета-излучения Quantulus 1220 было определено содержание трития в пробах. Удельная активность трития в воде находилась в весьма широком диапазоне: от менее 2 Бк/кг до 1510 Бк/кг. Максимальное зарегистрированное значение почти на три порядка величины превышало региональную фоновую величину (около 2 Бк/кг), но было существенно ниже уровня вмешательства в питьевой воде (7600 Бк/кг, согласно НРБ-99/2009). По результатам настоящего исследования и данным, полученным ранее другими авторами, представилась возможность оценить время полуочищения подземных и поверхностных вод от трития в период 2008–2019 гг. Средняя величина (± стандартная ошибка средней) эффективного периода полууменьшения удельной активности трития в рудничной воде, в воде из скважин и в речной воде равнялась 4,4±0,2 года. Снижение концентрации трития в воде в большей мере зависело от экологических процессов (разбавление «чистой» водой), нежели от физического распада радионуклида. Оцененное значение эффективной дозы внутреннего облучения человека за счёт поступления трития в организм с питьевой водой из реки Кунийок в 2019 г. равнялось 0,17 мкЗв, что было пренебрежимо мало по сравнению с допустимой дозой техногенного облучения населения 1 мЗв/год.
The article presents results of a study on the tritium content in surface and ground waters in the area of peaceful underground nuclear explosions of the “Dnepr” series. Low-yield thermonuclear explosions (1.8–2.1 kt of TNT equivalent) were carried out inside Mount Kuel’por (Khibiny Massif, Kola Peninsula, Murmansk Oblast, the Russian Federation) in 1972 and 1984. The purpose of the explosions was to crush the ore body (apatite minerals), followed by the extraction of the crushed rock to the ground surface. The main long-term problem generated by these explosions was the flow of tritium-contaminated groundwater onto the ground surface. The area where the explosions took place is actively visited by tourists. Water from local reservoirs, in particular from the Kuniyok River, is used by people for drinking. The purpose of this study was to assess the drinkability of the local waters in terms of activity concentration of tritium. To achieve this goal, 35 water samples were taken in 2019 from wells, boreholes, rivers, streams, lakes and other accessible environmental waterbodies. Activity concentration of tritium in the samples was determined using the Quantulus 1220 low-background liquid scintillation spectrometer. The activity concentration of tritium in the water samples was in a rather wide range: from less than 2 Bq/kg up to 1510 Bq/kg. The maximum value was up to three orders of magnitude higher than the regional background level of approximately 2 Bq/kg. At the same time, the maximum activity concentration was significantly lower compared to the intervention level for drinking water (7600 Bq/kg, according to Sanitary Norms and Rules of the Russian Federation). Based on the results of this study and data obtained by other researchers earlier, it became possible to assess the half-time for decrease of activity concentration of tritium in surface and ground waters in the period 2008–2019. The mean value (± standard error of the mean) of the effective half-time of tritium in water from the mine, the boreholes, and the Kuniyok River was estimated as 4.4 ± 0.2 year. The decrease in activity concentration of tritium in water depended more on ecological processes (dilution with “pure” water) than on physical decay of the radionuclide. In 2019, the estimated value of the effective dose due to ingestion of tritium in drinking water from the Kuniyok River was 0.17 μSv; this was negligible compared to the dose limit of 1 mSv per year for the public.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.